Королевская болезнь с революционными последствиями
Как гемофилия проникла в монархические династии
Болезни не имеют социальных границ, но у недугов королевских династий есть еще и свои особенности. Монархи и их родственники особенно часто подвержены различным наследственным заболеваниям, ведь супругов в течение многих поколений приходилось выбирать среди очень ограниченного числа равных им по положению семей. А это чревато особыми последствиями.
О том, насколько большую роль в истории играли иногда наследственные заболевания, можно судить на примере гемофилии, которая так известна правящим династиям Европы.
Гемофилия известна медицинской науке давно, и уже в начале XIX века филадельфийский врач Джон Отто отметил интересную ее особенность: заболевание встречается только у мужчин, хотя не все они могут быть ему подвержены. Женщины остаются здоровыми, но передают болезнь своим детям. От этого заболевания умерли несколько человек из правящих европейских династий, страдал ею и последний прямой наследник русского престола цесаревич Алексей.
В марте 1938 года в одном из лондонских журналов доктором Дж. Б.С.Халдейном была опубликована статья, в которой он заявил, что гемофилия проникла в европейские монархические династии через герцога Кентского Эдуарда (1767-1820), от которого болезнь перешла к его дочери, известной королеве Виктории, правившей огромной Британской империей с 1837 по 1901 год. Она как женщина не была подвержена болезни, но передала ее своему сыну герцогу Албанскому Леопольду, а две ее дочери Виктория (бывшая замужем за германским императором) и Алиса столь же щедро передали недуг своим многочисленным детям. Среди внуков королевы Виктории мы находим уже трех больных: принцев Леопольда и Мориса Баттенбергских и Фридриха-Вильгельма Гессенского. Четыре внучки стали носительницами коварной болезни. Среди них была и Алиса Гессенская, известная больше как Александра Федоровна, супруга российского императора Николая II. В следующем поколении потомства королевы Виктории было шесть человек, больных гемофилией, в том числе принцы Прусские и Астурийские.
Участившиеся случаи заболевания этим неизлечимым недугом царствующих особ в начале XX века становятся постоянной темой для прессы, важным фактором политической борьбы, подчас серьезно дестабилизировавшим ситуацию.
А поскольку гемофилия перешла сначала к Великим герцогам Гессенским и только затем к породнившимся с ними родам, она даже получила название 'гессенской' болезни, что не совсем справедливо по отношению к английской королеве Виктории. Однако следует отметить, что ее сын, король Эдуард VII, родной прадед ныне здравствующей королевы Елизаветы II, и его потомство по счастливой случайности не унаследовали этой болезни.
Между тем гемофилия в роде Романовых имела самые роковые последствия как для самой царской семьи, так и для всего Российского государства. Болезнь наследника оказала влияние на характер его матери-императрицы, замкнувшейся в кругу семейной жизни, что привело к резкому охлаждению к ней столичного общества. Говоря современными понятиями, рейтинг ее стремительно падал, а положение усугубил Григорий Распутин. Известно, что именно болезнь наследника стала причиной его безграничного влияния на Романовых, которое постоянно вызывало всеобщее неудовольствие. Этим не преминули воспользоваться и противники монархии. Что из этого получилось, - известно нам достаточно и убедительно. Непростая ситуация из-за гемофилии сложилась в начале ХХ века и в Испании. У короля Альфонса XIII, женатого на внучке королевы Виктории - Евгении Баттенбергской, было два сына больных гемофилией, и принц Хайме, с детства потерявший слух. Заболевание двух старших принцев, сделавшее их неспособными принять корону, стало благодатным поводом для революционной пропаганды против монархии и ее 'больной королевской крови', что в конечном итоге привело к свержению в 1931 году королевской власти в Испании. В самой семье на этой почве произошел разрыв между супругами, король собирался вступить в новый брак, чтобы иметь здоровое потомство.
Вот так и получилось, что гемофилия сыграла свою роковую роль в истории монархий России и Испании, а в конечном счете и в мировой истории.
