Мы проживаем в шуме, из которого люди - Моцарт и другие - делают музыку. Все зависит от нас. Музыка прежде, мы потом. Я имею в виду какие-то новые ритмы.
Все мы Леонидов - 'я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она, чтоб посмотреть. не оглянулся ли я', Леонтьев с его индийской песенкой, 'шала-лула' всякие там 'шабы-дыбдыб'. я их подружка-душка', 'у кошки четыре ноги', 'мальчик хочет в Тамбов' и как и этот. как его, Ораниенбаум. у нас больше возможностей, чем поначалу казалось. Рабство, свобода. воля, наконец, самое главное - ритм. Самое первое и самое последнее.
***
Свободу трудно понять И сложно.
Но есть возможность менять Все, на все, что можно.
Меняю сына на дочь. А день меняю на ночь. Меняю ночь на зарю. А дальше я посмотрю...
Меняю десять на двух. Друзей меняю на слуг. Меняю ночь на зарю. И дальше я посмотрю.
Меняю пол на другой. Потом на третий. Меняю ритм - Значит все - на все на свете.
Случайный выкормыш толп, Между своими. Меняю имидж и стоп -Меняю имя.
***
А музыка звучит - всегда, а особенно в самые неподходящие моменты. А кто их знает, какие они подходящие?
Какая музыка была, Какая музыка играла, Когда и души, и тела Война проклятая попрала.Звучали яростно, навзрыд, Одной единой страсти ради На полустанке инвалид И Шостакович в Ленинграде.
Так (или как-то вроде) писал Александр Петрович Межиров. Он поэт из тех, которым жизненных трудностей мало. Они притягивают к себе и чужие. Наши. Подобно самым большим деревьям в лесу, деревьям-громоотводам. С ними рядом - страшно. Но такова ирония пространства: тут наиболее безопасно.
***
Куда же потерялся он, Хрусталик дня в начале марта?
Голубенький, как будто звон Росы, пока она не смята. Голубенький, как будто марка, -Конвертик бел, герой влюблен, -
Куда же потерялся он, Хрусталик дня в начале марта?
Вот груда в тысячу камней, Неровных, серых, пыльных, старых, Я разгребаю их, но мне Не попадается хрусталик. Она растет. Вот целый склон. Вот я стою перед горою Камней, ищу, копаю, рою, - Куда же потерялся он?
Ну хорошо. Иду домой. Стараюсь думать о работе. Гуляю с сыном. Утром вроде Начальник был доволен мной.А за стеной магнитофон, Смешная песенка Лемарка... (Что-то там про лягушку) ***
Телеграмма, телеграмма, телеграмма! Это гром резвится, крышами звеня, Но скупа его хозяйка и упряма - Нет ни молнии сегодня для меня.Не пора ли, не пора ли, не пора ли, Чтоб пропало это горе вдалеке, Чтоб деревья подбегали и орали На пронзительно зеленом языке.
Чтобы море пониманием лучилось, Чтобы ветер был на розыски готов, Чтобы люди узнавали, что случилось, По натянутой улыбке проводов.Выставляю я в окне тугую раму. Отдаленность неожиданно близка. Телеграмму, телеграмму, телеграмму Посылают грозовые облака.
Из музыки мы явились - и в музыку обратимся.
