Студент не хилая старушка-анпиловка. У него всегда есть под рукой бутылка. Но пока он больше экзальтирован. чем решителен. Власть должна благодарить судьбу за такое неорганизованное студенчество
Екатеринбургский ОМОН, избив студентов, стал обвинять манифестантов в том, что в их рядах были пьяные и наркоманы. Знакомо до боли. Так было в Тбилиси. На площади Тяньаньмэнь в Китае. В перестроечной Москве в бурное время повышенной активности масс. Всякий раз власть, употребившая силу дубинок, находила в толпе нехорошие лица. Телекамеры в Екатеринбурге зафиксировали эти лица -ошарашенные девушки, сваливающиеся с высоченной стены после ударов омоновцев как пингвины с голого камня под наплывами прибоя.
Демонстрации студентов это уже не импотентные шествия анпиловцев и тереховцев. Не дежурные шествия под флагами профсоюзов, которые проходят подобно сезонным явлениям. Студенты просто так в политику не полезут. Они, конечно, продолжают настаивать на том, что они -не электорат. Но массовый выход на улицу с политическими требованиями самое настоящее участие в политических дискуссиях. Реформа образования, затеянная правительством, политический процесс. В условиях денежного дефицита правительство призвало вузы самим зарабатывать деньги. Вузы пошли по самому простому пути стали зарабатывать на студентах. Те решили, что за халяву надо держаться всеми силами.
Подобные волнения до недавнего времени периодически вспыхивают, например, во Франции. Во время своего правления три года назад равоцентристы изменили старый закон об образовании. Платная форма обучения в частных религиозных школах правительством была поддержана, а преподавательские штаты государственных вузов подверглись сокращению. На улицы нескольких крупных городов высыпали толпы студентов. Компанию им составили нелегальные иммигранты и безработные. Во главе демонстрации попытались встать социалисты и коммунисты. На улицах горели автомашины. Звенели витражи магазинов. Служители порядка едва укрывались под градом камней и бутылок с зажженным горючим. Полиция с возмущением рассказывала о том, что в рядах манифестантов полно асоциальных элементов. Газеты вспоминали май 1968 года.
Любое государство реагирует на массовый протест одинаково. Но у студентов тоже всегда будет под рукой бутылка, когда на него будет надвигаться броненосный милиционер. Впрочем, она же у него будет и в другое время. Купленная на деньги, сэкономленные на пользовании библиотекой. Студент не хилая старушка-анпиловка. Он существо нервное и экзальтированное. Впрочем, и для милиции особого назначения, прошедшей Чечню и Москву октября 1993-го, противостоять студентам -казалось бы, сущее расслабление, непыльная работа.
Учитывая обычную для последних лет в России аморфность студенческого сообщества, разгон их манифестации в Екатеринбурге можно считать недоразумением. Реакцию на событие тоже. Что если бы в тот момент на площади перед зданием губернского правительства не оказалось телекамер? Никто бы и не узнал о разногласиях между студентами и библиотеками.
Недовольство студенческого сообщества по идее должно вызывать мандраж у представителей власти. Но губернатор Свердловской области Эдуард Россель на встрече со студентами не каялся в содеянном, в отставку уходить тем более отказался. Мол, еще им пригодится. Студенты в ответ ржали, как будто губернатор шутит. В отставку ушли потешные фигуры. Власть должна сказать спасибо, что ей приходится иметь дело с таким неорганизованным студенчеством. В любом другом государстве действия такого губернатора привели бы куда к более внушительному взрыву эмоций.