Марина Колдовская
То ли погода подвела, перепутав Светлое Воскресение с Рождеством и украсив все углы грязными сугробами, то ли начальство утомлено чрезмерным рвением православных идеологов но ставшего уже привычным пароксизма официального пасхального ликования не случилось. Президент, нет чтобы стоять в Богоявленском со свечкой, укатил в Японию. Дума, которая в прошлом году билась за христианскую мораль с НТВ, бьется с Кириенко. Набожный столичный мэр на Страстной неделе открывал одну светскую тусовку за другой, и пресса даже уже не старается успокоить публику мол, все деликатесы в меню были сугубо постными. Вплоть до шампанского Moet et Chandon.
В общем, накативший было приступ православного энтузиазма, кажется, отпустил. Надоело. И в тех местах столицы, где в прошлом году сияло золотом на кумаче: 'Христос Воскресе! ', теперь значится: 'Москве -столичный уровень чистоты и порядка! ' Что исподволь напоминает о тех временах, когда конец апреля был порой всесоюзной генуборки, а сама Пасха именовалась рождения Ильича.
Да и как забудешь, когда вот он, незабвенный, на Красной площади лежит, и что с ним делать неясно. Что делать, придумали художники-концептуалисты Юрий Шабельников и Юрий Фесенко. 'Как на Володи именины испекли мы каравай...' Торт в виде ленинской мумии в натуральную величину (80 кг), очень похожий, в траурном уборе из кремовых роз был сервирован в обрамлении ковровых дорожек с видами Кремля в галерее наивного искусства 'Дар' и превесело слопан срама не имущей богемной тусовкой.
Это событие вывело из равновесия столичную прессу, оставив по себе длинный шлейф рецензий о 'трупоедстве' от испуганных всхлипов в 'Общей газете' ('Не надо, ребята! ') до бешеной филиппики 'Сатанинский 'Дар' в 'Совраске'. Тамошний поэт Иван Савельев даже на стихи вдохновился: 'Я уже позабуду едва ли, / Будет сниться и ночью и днем, / Как вы Ленина четвертовали, / Набивая желудки вождем' etc.
Реакция 'Совраски' дело, впрочем, предсказуемое. Равно как и запрос в Госдуме депутата С.Бабурина, увидевшего в акции (у кого что болит) 'разжигание межнациональной розни между ... самой многочисленной нацией в нашей стране русской и самой влиятельной еврейской'. (Кто из фигурантов тут еврей я так и не поняла. Наверное, торт. Судя по фамилии.)Интересно другое: растерянно-гневные, обличительно-патетичные, внезапно-советские интонации в изданиях, которые в других случаях проявляют и широту взглядов, и светскость, и даже некоторые навыки искусствоведения. Понять их можно: скушать Ленина, которого президент сгоряча предложил 'похоронить по-христиански', это круто. (Хотя антропологи утверждают, что для архаических народов съесть и значит схоронить, сохранить в своем теле. Так поступали в критические минуты жизни со старейшинами, которых, кстати, накладно становилось кормить.) Но ряд галерей, в том числе самых радикальных, от этого проекта благоразумно отказались. А наивный 'Дар' кондитерскую бомбу принял. По словам галериста Сергея Тарабарова: 'Мы этой акцией сломали спекуляции вокруг Ленина. До сих пор в отношении к нему было два стереотипа: или он великий учитель, или кровавый злодей. После нашего торта Ленина как политической фигуры больше нет. Он стал банальным культурным знаком, как шоколадный зайчик или Дед Мороз. Когда дети едят эти фигурки (откусывая, кстати, первым делом голову), никто не видит в этом людоедства'. (Тут мне вспомнилось, что были булочки-пряники с портретом Ленина, в изобилии выпекавшиеся после его смерти, так народ выражал свою скорбь. Начальство, впрочем, этого не одобряло и даже запрещало специальными указами)
Связь акции с ленинским днем рождения и тем более с Пасхой Тарабаров отрицал твердо. Наоборот, близости с сакраментальными датами стремились избежать потому и пришлась акция на Великий пост. Но кощунства тут не больше, чем, скажем, в повсеместной рекламе сливочного масла, сосисок или презервативов в эти скорбные дни.
Галерист, понятное дело, лукавит. Евхаристия, причастие просвирой и вином, заменяющим кровь и плоть Христову, первое, что приходит в голову при виде Ленина-торта. (Если уж быть совсем честными, следует сказать, что и сама евхаристия восходит к обряду совместного поедания тела предка-тотема, воплощенного в убитом звере. Или человеке. Каннибализм незримо присутствует в евхаристии Христос мне Бог, но истина дороже.)
А еще галерист лукавит потому, что гастрономические игры вовсе не закрывают ленинскую тему, а, наоборот, продолжают ее. Точно так же, как крашеные яйца и кулич не отменяют для верующих божественности Христа, но возобновляют традицию его почитания. Так что, если надо забыть Ленина, торт это не способ. Хотя лично я бы не отказалась время от времени покупать шоколадного Ильича и, развернув золотую обертку, первым делом откусывать ему голову. Меня бы это как-то успокаивало.
