КАСПИЙСКИЙ регион, его углеводородное сырье сегодня привлекают все большее внимание всего мира. Здесь в тугой узел сплелось множество противоречий как минимум двух десятков государств. Каспийская нефть на глазах превращается в одну из стержневых проблем современной международной политики. 1998 год, по прогнозам многих экспертов, станет решающим в определении позиций всех заинтересованных стран и сторон. Сохранение российского влияния в пространстве бывшего Советского Союза прямо определяет будущее российской государственности. Прикаспийская нефть при всей экономической значимости лишь оболочка глобальной политической задачи сегодняшнего дня - восстановления могущества России.
Запасы углеводородных ресурсов в регионе Каспийского моря экспертами оцениваются по-разному, но все они сходятся во мнении, что на пороге XXI века этот район может выйти на третье место в мире по добыче энергоресурсов после Ближнего Востока и Сибири. Крупнейшие прогнозные региональные запасы нефти и газа сосредоточены (в порядке убывания, по последним официально заявленным данным) на территории Туркмении (6, 5 млрд. т нефти и 5, 5 трлн. куб. м газа - 4-е место в мире по разведанным газовым запасам), Казахстана (6 млрд. т нефти и 2 трлн. куб. м газа) и Азербайджана (3, 5-5 млрд. т нефти и 600 млрд. куб. м газа). Российские запасы нефти на Каспии (до январского 1998 г. открытия потенциально нефтеносных структур в северном секторе моря - около 600 млн. т на 800 кв. км, - сопоставимых с ожидаемыми запасами по основному азербайджанскому суперпроекту Азери- Чираг- Гюнешли) оценивались в 1 млрд. т. Иранские запасы еще меньше. По самому шельфу КМ разведанные запасы составляют 12 млрд. т условного топлива, и в случае разделения моря на национальные сектора Казахстан получит 4, 5 млрд., Азербайджан 4 млрд., Россия 2 млрд.. Туркмения - 1, 5 млрд. и Иран - всего 0, 9 млрд. Кроме того, в Баку утверждают, что в 'их' секторе КМ находится более 3 млрд. т еще не открытых углеводородов, а Акмола говорит о более 3, 5 млрд. т у своих берегов. Справедливость требует отметить, что мировая практика предварительного завышения ресурсного потенциала в регионе отслеживается особенно ярко. Новые независимые государства заинтересованы подать себя потенциальным инвесторам в наиболее выгодном свете.
Технические параметры будущей каспийской нефти уже вызывают серьезные опасения у многих специалистов (особенно у неангажированных). Экономические проекты уязвимы из-за высокого процента содержания активного сероводорода, что требует дополнительного финансирования на дорогостоящие антикоррозийные трубы при транспортировке нефти. Смолоасфальтовые вещества и парафинированность казахстанской нефти потребуют в перспективе разбавления или нагрева, а также строительства нефтеочистительных установок. 'Грязные' углеводороды, залегающие на больших глубинах, при современном развитии технологии и транспортировки скорее всего окажутся нерентабельными, и гиганты мирового нефтегазового бизнеса могут отвернуться от них. Азербайджанская малосернистая нефть в этом плане выглядит гораздо лучше, что существенно ограничивает возможности гипотетической совместной транспортировки углеводородного сырья Азербайджана и Казахстана.
Другой характеристикой, существенно девальвирующей каспийские энергоносители всех государств региона, является их 'закупоренность' - регион лежит в центре материка. Сырье удалено от потенциальных мировых центров его потребления. Дальность транспортировки сказывается на конечной цене углеводородов. Если прокачка одной тонны нефти в районе Персидского залива в среднем обходится в 2-5 долл., в районе Северного моря - 10 долл., то ориентировочная стоимость для нефти Азербайджана (с морского шельфа) составит 17 долл. Кроме того, в отличие от Ближнего Востока. Мексиканского залива и даже Северного моря, рассматриваемый регион суров в географически-климатическом плане (труднее добывать нефть, пожалуй, только в Сибири).
КАЗАХСТАН
Республика занимает сейчас 13-е место в мире по разведанным запасам нефти и газа. На начало 1997 г. разведанные балансовые запасы нефти составили, по ряду оценок, 2, 1-2, 6 млрд. т нефти (30% российских), газового конденсата - 0, 71 млрд. т, природного газа - 1, 7-2, 53 трлн. куб. м. Большая их часть сконцентрирована в месторождениях Эмбинского и Мангышлакского бассейнов и Прикаспийского шельфа, составляя единое геологическое образование.
По данным республиканского Министерства геологии и охраны недр РК, запасы углеводородов в прикаспийском регионе республики составляют:
Атырауская обл. разведано 929, 2 млн. т нефти промышленной категории. Крупнейшее месторождение - Тенгизское с запасами более 800 млн. т нефти (казахстанские власти говорят о том, что разведано 2, 1 млрд. т тенгизской нефти). По области известно 75 месторождений (разрабатывается 39);
Мангистауская обл. - извлекаемые запасы нефти 724, 8 млн. т, газа 172, 3 млрд. куб. м, газоконденсата 5, 6 млн. т (крупнейшее месторождение Узеньское, значительно истощенное). Открыто 67 месторождений углеводородов (эксплуатируется 27);
Западно-Казахстанская обл. - извлекаемые запасы нефти - 196, 8 млн. т (крупнейшее на территории СНГ месторождение газа Карачаганакское);
Актюбинская обл. - извлекаемые запасы нефти - 226, 5 млн. т, газоконденсата - 143.9 млн. т.
Основным нефтяным проектом Казахстана на сегодня является создание в мае 1992 г. СП 'Тенгизшевройл' с компанией 'Шеврон' (США) для освоения месторождения Тенгиз. Стоимость проекта - 20 млрд. долл., американцы получили 50% долевого участия.
Продолжается активная нефтегазоразведка прилегающего к Казахстану прикаспийского шельфа и дна моря. Прогнозные данные по казахстанскому участку составляют по нефти 3, 5-4, 8 млрд. т, по газу около 2 трлн. куб. м. Крупные месторождения энергоносителей на морском шельфе были открыты в 1970-х годах, но тогда работы были заморожены по экологическим соображениям. Столкнувшись с глубоким экономическим кризисам, руководство республики пошло на возобновление изыскательских работ. Для этой цели в июне 1993 г. было подписано соглашение о создании международного консорциума 'Казахстан-каспийшельф' (ККШ) в составе: Государственная казахстанская компания 'Казахстанкаспийшельф', а также 'Бритиш петролеум энд Статойл' (Англия-Норвегия), 'Бритиш газ' (Англия), 'Аджип' (Италия), 'Тоталь' (Франция). 'Мобилл' (США), 'Ройял-датч-Шелл' (Англия Нидерланды). Каждая из перечисленных фирм обязалась внести уставный взнос по 3 млн. долл. Первоначально предполагалось работать в соответствии с графиком: 1) комплексные геофизические и сейсмологические исследования (1994-1997), 2) разведка и подсчет объема нефти в месторождениях (1997-2001-го), 3) добыча нефти (начиная с 2001-го). Общий объем инвестиций определяется примерно в 300 млн. долл. К августу 1997 г. руководство ККШ объявило, что первый этап окончен и начат переход ко второму.
В июле 1997 г. Казахстан передал западным компаниям-участницам ККШ 12 блоков в районе месторождения Кашаган (предполагаемые запасы - 2 млрд. т нефти) и два блока в районе месторождения Курмангазы (предполгаемые запасы - 150 млн. т нефти) для дальнейшей разведки, а в перспективе - эксплуатации. Тем самым РК не только, не принимая во внимание позицию России, произвела односторонний фактический раздел Каспия, но и претендует на месторождение Курмангазы (даже при принятии казахстанского варианта раздела дна моря, более чем на 65% находящегося в российском секторе).
Во время своей последней поездки в Соединенные Штаты Америки Н.Назарбаев привел ошеломляющие цифры: запасы разведанного углеводородного сырья на шельфе КМ составляют от 6 до 12 млрд. т, а по перспективным запасам Казахстан занимает второе место в мире после Саудовской Аравии. Правда, пока никто не видел и капли казахстанской шельфовой нефти. Интересно, что рядом с громадным Тенгизским месторождением расположена точно такая же геологическая структура. Правда, там нет никакого углеводородного сырья.
АЗЕРБАЙДЖАН
Азербайджан привлекает к себе пристальное внимание в первую очередь потому, что именно Баку превращается в главный центр складывающегося антироссийского геополитического союза США-Турции и 'новонезависимых' государств. Политику Азербайджана в отношении каспийских нефти и газа определяют так называемые суперпроекты и нефтяная дипломатия президента Г.Алиева.
Заключение первого контракта на освоение группы месторождений Азери-Чираг-Гюнешли проходило в сложной обстановке. Переговоры с потенциальными иностранными инвесторами начались еще при СССР. Крайне антироссийски настроенное правительство Эльчибея пало за две недели до планировавшегося подписания окончательного соглашения с западными компаниями. Позиция Баку изменилась в пользу России. Было принято постановление правительства о временном приостановлении действия всех достигнутых с АМОК договоренностей, а 'ЛУКОЙЛ' учил 10% за счет азербайджанской доли.
Однако западные компании заключили 20 сентября 1994 г. в Баку слабо учитывающий российские интересы 'гюлистанский' договор. Предусматривается добыть за 30 лет 510 млн. т, нефтепродуктов на общую сумму 50 млрд. долл. Сумма капиталовложений - 8 млрд. долл. Главным координатором проекта выступил контролируемый американо-английским капиталом АМОК.
В течение 1995-996 гг. Баку развил резкую активность по заключению новых 'суперпроектов' и одновременно по вытеснению России из ее сферы жизненных интересов на Кавказе и в Прикаспии. Постепенно доля участия российских компаний в разработке азербайджанских углеводородов сокращалась.
В консорциуме по освоению месторождения Шах-Дениз Россия на начальном этапе полностью 'выпала' (общая стоимость проекта - 4 млрд. долл., извлекаемые запасы - 400 млрд. куб. м газа, 200 млн. т конденсата и 100 млн. т нефти). Лишь в феврале 1996 г. после долгих усилий российского МИДа удалось подписать меморандум об участии в проекте 'ЛУКОЙЛа' компания получила вместо просимых 20-30 только 10%. Другие российские компании, желавшие присоединиться к проекту ('СИДАНКО', 'Роснефть'. 'ЮКОС'), не получили ничего.
С начала 1996 г. тактика Азербайджана 'работать на два фронта' стала очевидной. В феврале 1996 г. азербайджанский парламент ратифицировал заключенный годом раньше контракт по освоению шельфового месторождения Карабах (общие запасы - от 85 до 200 млн. т нефти). В очередном международном Консорциуме 32, 5% капитала принадлежит 'ЛУКОЙЛ' (ГНКАР 7, 5%, 'Бензойл' 30%, 'Аджип' 5%, 'ЛУКОЙЛ' 7, 5%, СП 'ЛУКОЙЛ' 'Аджип' 50%). Первую нефть планируется дать в 2003 г.
Одновременно Азербайджан активизировал контакты по иным направлениям. Прежде всего - грузинскому. В начале 1996 г. состоялась встреча представителей 'Шеврона' с Шеварднадзе. Стороны выразили полное согласие с проектом АМОК по транзиту нефти через Грузию. Тогда же президент Грузинской международно-нефтяной корпорации (ГМНК) Чантуриц отправился в США на поиски инвесторов для финансирования нефтепровода, в ходе которого при активном содействии компании 'Шеврон' был подписан протокол о сотрудничестве ГМНК и 'Бехтел' (США) по проекту расширения порта Поти и строительству нефтяного терминала в г.Супса. В марте 1996 г. последовал визит Алиева в Тбилиси. Было подписано подробное и детализированное соглашение 'О развитии и модернизации существующих средств для транспортировки нефти'. В декабре 1996 г. АМОК, при прямом участии официальной власти, заключил контракт с норвежско-английской фирмой 'Кварнер' на строительство и реконструкцию нефтепровода Баку-Супса (длина 920 км, стоимость 275 млн. долл.). Строительство планируется закончить к концу 1998 г. Реализация проекта позволит Азербайджану производить налив нефтетанкеров в объеме 6, 5 млн. т в год.
Не прекращает азербайджанская сторона и поиска новых партнеров. В октябре 1996 г. закончено формирование нового, теперь уже совершенно без российского участия, международного консорциума 'MRT Energy' ('Мобилл' США и 'Тоталь' Франция по 40%, 'Рамко' Англия, 20%) по разработке с 1998 г. ряда мелководных участков шельфа.
14 декабря 1996 г. состоялась следующая крупная сделка подписан контракт на освоение перспективных морских структур Дан-Улдузу и Ашрафи на каспийском шельфе у азербайджанских берегов (предполагаемые запасы 100-120 млн. т нефти и 30-50 млрд, куб. м газа, оценочная стоимость проекта 2 млрд. долл., иностранные компании заплатили за участие в проектах бонусов на сумму 75 млн. долл.). 20-процентную долю в проекте получила ГНКАР, причем финансировать ее работу будет консорциум в составе 'Амоко' (30%), альянса 'Юнокал/Дельта Ойл' (30%) и 'Иточу' (20%) российские компании приглашать не сочли нужным.
В 1997 г. Азербайджан заключил с иностранными компаниями еще пять соглашений о совместной разработке углеводородного сырья республики (в том числе и аннулированное РФ российско-азербайджанское соглашение по месторождению Кяпаз, вызвавшее ожесточенные споры между Баку и Ашхабадом). К концу 1997 г. Азербайджанская Республика заключила и ратифицировала восемь 'нефтяных контрактов'. Последний - на разработку нефтегазоносной структуры Апшерон с корпорацией 'Шеврон'.
Всего, по азербайджанским данным, в 1997 г. ожидалось инвестирование в экономику республики 872 млн. долл. Из них 758 .млн. долл. должны были составить отчисления созданных нефтяных консорциумов (по линии АМОК - 723 млн. долл., проект разработки месторождений Карабах и Шах-Дениз составит соответственно 20 и 15 млн. долл.). По данным ряда независимых экспертов, реальная сумма инвестиций по нефтяным проектам была значительно ниже. Складывается впечатление, что суть стратегии 'китов' мирового нефтебизнеса - завоевание потенциальных ресурсов без немедленных масштабных вложений.
ЭКСПОРТНЫЕ УГЛЕВОДОРОДНЫЕ ТРУБОПРОВОДЫ ПРИКАСПИЯ: КЛЮЧ К НОВОЙ 'ЗОЛОТОЙ ЛИХОРАДКЕ'
КАСПИЙСКИЙ ТРУБОПРОВОДНЫЙ КОНСОРЦИУМ (КТК). Каспийский трубопроводный консорциум (КТК) был создан в июне 1992 г. Казахстаном и султанатом Оман для транспортировки с Северного Каспия нефти, добываемой СП 'Тенгизшевройл'. Для реализации проекта, по планам участников, 1500-километровая труба должна была пропускать сырую нефть Западного Казахстана (прежде всего с месторождения Тенгиз) в район морского порта Новороссийск. КТК создавался на паритетных началах: доля РФ и РК состояла из уже имеющихся трубопроводных активов, а Оман брал на себя общее финансирование строительства.
Однако вмешательство западных компаний (в первую очередь 'Шеврона') осложнило судьбу проекта. До начала в 1994 г. практических работ в рамках КТК 'Шеврон' чувствовал себя в Казахстане очень уверенно - экспортных трубопроводов у РК нет. Поэтому поток казахстанских углеводородов на мировой рынок сравнительно мал. Руководство компании считало, что торопиться с освоением Тенгиза не следует. Из 100% нефти, добываемой 'Шевроном' в мире, тенгизская составляет всего 3%. Придя в Казахстан, эта корпорация получила резкий рост своих акций. Поговаривают, что именно эта цель была едва ли не центральной в стратегии руководства 'Шеврона', а отнюдь не тенгизские энергоносители. Вложив 200 млн. долл. инвестиций в РК, компания получила 2 млрд. долл. за счет роста на бирже ее ценных бумаг.
Начало практических работ по КТК вызвало у американцев болезненную реакцию в мае 1994 г. 'Шеврон' впервые объявил о сокращении работ на Тенгизе. Весь следующий год руководители 'Шеврона' и 'Мобилла', используя личные каналы влияния на Назарбаева, будущего премьера Балгимбаева и ряд других высших казахстанских и российских чиновников, добивались долей в КТК. Летом 1995 г. Алма-Ату посетила премьер-министр Турции Чиллер, и Назарбаев прибег к испытанному им методу политического шантажа России, заявив, что 'подписание соглашения о сотрудничестве с Турцией по транспортировке казахстанской нефти через ее территорию скорее всего состоится в самом ближайшем будущем'. Вскоре после этого заявления Назарбаев обратился к Черномырдину с конфиденциальным письмом, предложив объявить ООК об окончании ее эксклюзивных прав на финансирование нефтепровода Тенгиз-Новороссийск. Затем последовал ряд заявлений руководства ТЭКа Казахстана о необходимости пересмотра структуры КТК. Очевидно, казахстанский президент добился своего в марте 1996 г. КТК начал реструктуризацию. Доля Омана упала до 7%, Россия получила 24%, Казахстан - 19%. Восемь компаний получили право на приоритетное приобретение долей в консорциуме: 'Шеврон' 15%, российско-американское СП 'ЛУКАрко' 12, 5%, 'Мобилл Ойл' и российско-британское СП 'Роснефть' 'Шелл Каспиан Венчерз' - по 7, 5%, 'Аджип' и 'Бритиш Газ' по 2%, казахстанская холдинговая компания 'Казахстан Пайплайн' и 'Орикс' - по 1, 75%. Трасса маршрута изменению не подверглась. Сроки строительства нефтепровода определены с августа 1998 по сентябрь 2000 г. На первом этапе по нефтепроводу планируется транспортировать 28 млн. т нефти (1999 г.), в дальнейшем объем максимально возрастет до 67 млн. т к 2013 г.). Приблизительная стоимость 'трубы' оценивается в 4 млрд. долл. По мере получения экспортных контрактов и наращивания прокачек будут расширены возможности российского нефтеэкспорта (сибирская и татарская нефть). Срок эксплуатации Тенгизского месторождения и расчетной работы КТК - 40 лет. Ожидаемые налоговые поступления в российский федеральный и местные бюджеты оцениваются в 23, 3 млрд. долл.
С осени 1997 г. Казахстан, очевидно, окончательно решил взять на вооружение азербайджанскую модель 'нефтяной дипломатии'. Начал набирать силу казахстано-китайский диалог. В июле Алма-Ата произвела фактический раздел дна Каспия прошла раздача 14 блоков дна Каспия иностранным компаниям, в одностороннем порядке объявленных казахстанской собственностью.
Однако последний визит Назарбаева в США, когда американцы выдвинули ряд оскорбительных условий (например, закрытие ядерного реактора в Актау, 'чтобы плутоний не попал в Иран'), а также вызванный переполнившейся чашей терпения Москвы тендер на месторождения севера Каспия доказали, что Казахстан остается объектом мировой 'нефтяной игры'. Соединенные Штаты ясно дали понять казахстанскому лидеру, что 'китайский' трубопровод нежелателен, а об 'иранском' и речи быть не может. Россия, в свою очередь, справедливо указала, что следование восточной пословице 'Хочешь козу - проси верблюда' применительно к КТК неуместно.
ПУТИ ВЫХОДА НЕФТИ НА МИРОВОЙ РЫНОКВ сентябре 1996 г. 'Шеврон' использовал грузинский транспортный коридор, отправив в обход России 20 тыс. т тенгизской нефти по железной дороге до порта Батуми. Было заявлено, что если проект будет сочтен удачным, то до Батуми ежемесячно будет перевозиться около 100 тыс. т казахстанской нефти. В случае реализации этого плана Россия понесет большие материальные потери.
Хуже с точки зрения интересов России обстоят дела с планируемыми путями транспортировки углеводородов из Азербайджана. АМОК с конца 1995 г. отдает предпочтение поставкам нефти через Грузию (Поти) и Турцию (Джейхан) и. главное, может вести себя по отношению к РФ жестче, чем КТК в силу абсолютного преобладания в его составе компаний Запада. С конца 1996 г. руководство консорциума не устает заявлять, что для них 'вариант Баку-Джейхан привлекательнее' других путей. Предлогом невозможности транспортировки азербайджанской нефти на Новороссийск была нестабильная Чечня. А в мае Анкара в доказательство способности контролировать ситуацию в Восточной Турции начала широкомасштабную операцию против курдов, длящуюся с небольшими перерывами и по сей день.Именно реализация 'турецкого' варианта транспортировки углеводородного сырья Каспия к Джейхану представляет наибольшую угрозу интересам России. Если основной экспортный трубопровод (ОЭТ) пойдет по турецкой территории, влияние Москвы на Кавказе и в Центральной Азии автоматически пойдет на убыль, а турецкий проект тюркского союза 'от Гибралтара до Китайской стены', связанного единой трубопроводной сетью, получит большие шансы на жизнь.
Строительство магистрального трубопровода под каспийские энергоносители в совокупности с проблемой черноморских проливов возведено турецкой стороной в один из государственных приоритетов, отстаиваемый с неизменным упорством. Вопрос приобрел наибольшую остроту в связи с ситуацией в Чечне, увеличением доли Турции в консорциуме по разработке азербайджанских месторождений (сразу в 5 раз) и заявлением госдепартамента США о поддержке нефтепровода Каспий-Средиземное море через турецкую территорию. Збигневь Бжезинский не раз называл Турцию 'форпостом США в Евразии'. В случае введения трубопровода Баку-Джейхан стоимость прокачки по нему тонны нефти ориентировочно будет около 17 долл. (против 25 долл., ожидаемых по 'новороссийской трубе'). Однако материальные соображения не играют для Анкары приоритетной роли. Главное геополитическая привязка к Турции 'младших братьев' из азиатских и кавказских стран. Стоит отметить, что помимо политических сложностей строительство трубопроводной инфраструктуры в условиях высокогорья весьма капиталоемкий и технологически сложный процесс.
Рассматривая в комплексе проблему транспортировки нефти Прикаспия (если она начнется вообще), можно обозначить следующие принципиальные моменты:
а) Вопрос выбора направления магистрального нефтепровода остается в 'подвешенном' состоянии.
б) Из проведенного анализа видно, что транспортировка ранней нефти в ближайшие 5-7 лет будет осуществляться по двум основным путям: через Россию (в большей мере) и Грузию, Небольшие партии углеводородов Казахстана дойдут в северо-западные провинции Китая. В случае урегулирования ирано-казахстанских противоречий незначительное количество энергоресурсов пойдет на север ИРИ. Возможно, но пока маловероятно, подключение и канала через Турцию.
в) Маловероятно осуществление восточного (Афганистан-Пакистан) и юго-западного проектов (Иран-Саудовская Аравия), Первого по причине нестабильной ситуации в регионе (прежде всего в охваченном гражданской войной Афганистане), второго в силу антииранской позиции США.
г) В ближайшее десятилетие казахстанская инициатива о прокладке транскаспийского нефтепровода по дну Каспийского моря не будет реализована (чрезвычайная дороговизна и технологическая сложность).
д) В повестке дня появляется 'китайское направление'. Насколько оно окажется реальным, зависит от Запада, КНР и РФ.
Сегодняшняя Россия, США и развитые западные страны, Китай, Иран, Турция, международные корпорации имеют в регионе настолько взаимоисключающие интересы, что азиатско-кавказским государствам с их нефтью и газом остается не слишком много. А именно, небольшие финансовые вливания для хорошего самочувствия властных элит и активные обсуждения в национальных СМИ темы возможных направлений трубопроводов, 'УГЛЕВОДОРОДНАЯ ВОЙНА' И МИРОВЫЕ ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ ТЕНДЕНЦИИ. СТРАТЕГИЯ ЗАПАДА
Экономическая война за 'советское наследство', направленная на окончательное вытеснение России с Кавказа и из Центральной Азии, набирает темпы с каждым месяцем.
Попытки 'выдавить' Россию из Азии не новы: еще с середины 70-х годов КГБ и ГРУ СССР отметили активизацию идеологического воздействия на советские азиатские республики. Главную роль тогда играли саудовцы и 'Интеллидженс сервис'. Сейчас им на смену пришли ЦРУ и Генеральный штаб Турции. К тому времени можно отнести появление проекта столкновения Мира Православия и Мира Ислама для их взаимного ослабления. Реализация идеи предполагает постепенное обескровливание двух перспективных в XXI в. центров силы и их превращение в сырьевые придатки 'цивилизованного мира', а также и 'сдерживание Китая'.
Разыгрывая 'исламский фактор', США преследуют исключительно собственные национальные интересы - прежде всего создать мощный блок проамериканских режимов или 'дугу нестабильности' вокруг перспективных центров силы России, Китая, Индии и Ирана. При этом подход госдепа к конкретным проблемам различен: покровительство умеренному 'цивилизованному' исламу в Анкаре, финансирование фундаменталистов Исламабада и талибов, подкуп 'модернизаторского ислама' ОАЭ и Саудовской Аравии и в то же самое время борьба с Ираком, Ливией и Сирией, фундаментализмом Тегерана.
Такая беспринципность пока приносит свои дивиденды, но постепенно США вязнут в хаосе неуправляемых процессов. Поддержка фундаментализма игра с бумерангом, который в любой момент может ударить 'хозяина', причем в любой части света и совершенно неожиданно. Например, уже абсолютно ясно, что созданный Вашингтоном и Исламабадом 'Талибан' уже вышел из под какого-либо контроля извне (проекты отторжения 1/6 части Пакистана 'Пуштунистана', активная наркоторговля, оружие и боевики во множестве точек мира и пр.). Опора на антифундаментализм столь же бесперспективна тому пример стремительный крах проамериканского шахского режима в Иране и 'шатающиеся' троны ближневосточных монархов.
Американскую стратегию в отношении азиатских проблем можно охарактеризовать как жесткую, наступательную, умело организованную, но совершенно непредсказуемую по последствиям.
Не вызывает сомнения то, что свои политические установки Запад в Прикаспии проводит в первую очередь через крупнейшие корпорации, обеспечивая одновременно их государственное прикрытие. Госдеп США уже не раз громогласно заявлял, что 'будет защищать интересы своих фирм в Каспийском море'.
Особо активную роль при этом играет компания 'Шеврон'. В ходе долгой и драматичной истории сотрудничества компании с заинтересованными ведомствами СССР и, позднее, Казахстана. 'Шеврон' продемонстрировал гибкое сочетание стратегии и тактики 'уламывания' партнеров. Компания не раз прибегала к помощи правительства США в процессе нейтрализации неугодных проектов.Помимо США в проблемы прикаспийской нефти активно вовлечены другие развитые страны и их компании. Прежде всего Франция, Италия, Япония и особенно Великобритания. Расходясь в деталях и конкурируя между собой, страны 'большой семерки' следуют в фарватере политики США.
НОВЫЕ НЕЗАВИСИМЫЕ ГОСУДАРСТВА РЕГИОНААзербайджан на протяжении последних лет демонстрирует политику умелого балансирования между интересами основных мировых центров силы.
Правительство Алиева целиком и полностью ориентировано на Соединенные Штаты и их основного союзника в регионе Турцию.
Азербайджан наряду с Турцией оказывал и, по некоторым данным, продолжает оказывать финансовую помощь Чечне на частном, неофициальном уровне. Его военное сотрудничество с Турцией принимает форму геополитического военного союза с явно выраженной антироссийской и антиармянской направленностью. Складывание новой геополитической 'оси' началось с азербайджано-турецкого соглашения (начало 1995 г.) о строительстве трубопровода Баку-Джейхан. К концу 1996 Т. стало окончательно ясно, что сотрудничество Азербайджана и Казахстана в планах раздела Каспия перерастает в нечто большее и поддержано турками и Западом.
Почти одновременно последовало подключение к проекту Грузии. Пример Грузии весьма показателен для иллюстрации ослабления российских позиций в регионе. Фактически на протяжении одного 1996 г. произошел полный поворот во внешнеполитических симпатиях Тбилиси от Москвы к Вашингтону. Антироссийские выпады грузинских властей следовали один за другим: парламентом принят в первом чтении закон об охране границы, согласно которому российские пограничники должны покинуть Грузию в течение 1997-1998 гг., парламент принял беспрецедентное с точки зрения права решение ежегодно подтверждать все ранее заключенные военные соглашения, а Шеварднадзе уже сформировал правительственную комиссию по описи имущества всех трех российских баз.
В начале 1997 г. Алиев в Тбилиси заявил, что Грузия основная опора 'евразийского нефтяного моста'. Вскоре начались 'спиртовая война' на российско-грузинской границе, обострение вокруг российской погранзаставы 'Верхний Ларс', новые претензии грузин на 'наследие Черноморского флота' и пр. Тогда же стратегический союз Азербайджана и Грузии окончательно оформился. Можно оценить усилия Баку и Тбилиси как: а) подготовку коридора под 'турецкий маршрут' трубопровода, лоббируемый 'Шевроном'; б) создание альянса 'новонезависимых' государств (под патронажем США и Турции) для сдерживания России и Ирана.
Вдохновившись примером Тбилиси, и Алма-Ата в январе 1997 г. озвучила очередные претензии к России. Назарбаев в интервью объявил, что 'Россия нам должна более 400 млн. долларов', Весь 1997 г. в Казахстане разворачивалась антироссийская пропагандистская камлания (особенно в казахскоязычных СМИ). Начались односторонние действия РК, направленные на затруднение российского экспорта в республику (введение НДС на российские товары и т.п.), Назарбаев обвинил Россию в затягивании реализации проекта по Карачаганаку и нежелании увеличить квоты прокачки казахстанских углеводородов на мировой рынок. По видимому, РФ, несмотря на все более недружественные шаги РК, обязана в ущерб себе наращивать казахстанский сырьевой экспорт.
Затем был сделан резкий крен в сторону Китая. КНР купила контрольные пакеты акций (по 60%) двух крупных нефтедобывающих компаний 'Актюбинскнефть' (три нефтяных месторождения) и 'Узеньмунайгаз' (крупнейшее в РК после Тенгизского месторождение углеводородов Узень). Тогда же было заявлено, что Китайская национальная нефтегазовая корпорация (КННК) заключила соглашение на строительство трубопровода Актюбинск-Синьцзян-Уйгурский автономный район КНР с ответвлением на юг-в Иран (через Туркмению). Срок строительства определен в 60 месяцев, протяженность более 2, 5 тыс. км. Всего китайцы пообещали вложить в нефтегазовый сектор республики около 9, 5 млрд. долл. - крупнейшее капиталовложение КНР за границей. В казахстанских СМИ прошла дискуссия о китайском влиянии в РК (официальные органы неизменно подчеркивали, что отношения с 'великим восточным соседом' развиваются по восходящей и не содержат каких-либо угроз национальной безопасности Казахстана). Незамеченным остался факт, что при таких расходах для рентабельности трубопровода необходимо прокачивать примерно 20 млн. т углеводородов в год, а столько не смогут дать все месторождения, разрабатываемые китайскими инвесторами. Следовательно, в трубу придется закачивать 'чужую' нефть, Вполне вероятно, что планируется дотянуть сравнительно небольшой участок от Актюбинска до Тенгиза. Косвенно это подтверждается отправкой в конце января 1998 г. эшелона с 3, 5 тыс. т тенгизской нефти в Синьцзян. Очевидно, СП 'Тенгизшевройл', помня о неудачном опыте нефтеобмена с Ираном ('грязная' западноказахстанская нефть не устраивает иранцев), хочет проверить, насколько добываемые им энергоресурсы 'впишутся' в китайскую технологию. Если все это так (и не блеф), то у КТК может появиться новый соперник.
Но не стоит переоценивать силу Азербайджана и Казахстана. Постоянные попытки Баку побудить Москву к отказу от поддержки Армении в обмен на небольшую долю прибыли с каспийской нефти видны невооруженным глазом. 'Нефтяная дипломатия' бесперспективна в самой своей основе: например, никакие трубопроводы не смогут примирить Армению с ее 'естественным противником' Турцией. Кроме того, динамика развития экономики Азербайджана и Казахстана свидетельствует о неуклонном спаде производства. По данным ЕБРР, в реальном исчислении ВВП Азербайджана на середину 1996 г. составлял всего 34% по сравнению с 1989 г., и в 1997 г. ситуация не улучшилась, несмотря на иностранные инвестиции. Азербайджану не удается хотя бы приостановить темпы снижения нефтедобычи. Несмотря на то что Баку уже можно вносить в книгу рекордов по количеству заключенных контрактов с иностранными нефтяными корпорациями, нефте и особенно газодобыча уже пять лет снижается на 0, 7-1, 5%. В 1996 г. было добыто 9, 1 млн. т нефти и 6, 3 млрд. куб. м газа, а в 1997 г. соответственно 9 млн. т и менее 6 млрд. куб. м. Внутреннее потребление нефтепродуктов резко снижено, Страна не в силах освоить собственные доли в международных консорциумах на азербайджанском шельфе (так, в первой половине 1996 г. ГНКАР уступила иностранным инвесторам две трети своих акций Шах-Денизского проекта). Страну сотрясают 'заговоры' и 'путчи', раскрываемые подозрительно ударными темпами и с периодичностью раз в полгода (об очередном азербайджанские спецслужбы отрапортовали в январе 1997 г.). Коррумпированность азербайджанских руководителей общеизвестна кампании по 'очищению' государственного аппарата стали в Баку обыденным делом. Последняя прошла в октябре 1996 г,Аналогична азербайджанской ситуация в экономике и социальной сфере Казахстана. Уровень добычи углеводородов который год не удается поднять за планку 26-27 млн. т в год, при которой объем получаемой нефти ненамного превышает внутренние потребности республики.
Усиление антироссийских высказываний в высших эшелонах власти, явный отход от международно признанных демократических норм, прав и свобод человека, гонения на оппозицию, крен в сторону построения авторитарно-кланового, этнобюрократического государства в Казахстане налицо, Все сторонники радикальной приватизации, либерализации и экономической свободы, гласности и прав человека в правительстве РК во главе с 'отцом казахстанских реформ' Кажегельдиным 'зачищены', а на их место пришла по преимуществу протурецкая, антироссийски настроенная казахская олигархия. На пресс-конференции по итогам ноябрьской поездки в США Назарбаев четко сформулировал свое отношение к России: 'Россия должна понять, что она такой же член мирового сообщества, как и все, и не претендовать на какую-то особую роль'.Назарбаев торопится - президентские выборы 2000 г. уже не за горами. Его рейтинг, как свидетельствуют многочисленные закрытые социологические исследования, снижается и достиг за все восьмилетнее правление самой низкой отметки 52%. Социальное недовольство приближается к критической отметке, и для удержания власти необходимо создать хотя бы видимость отдачи по множеству 'суперконтрактов' и 'супертрубопроводов'. По некоторым данным, он посвящает проблемам ТЭКа республики до 80% своего времени.
КОНФЛИКТНЫЕ ЗВЕНЬЯ 'ЮЖНОЙ ДУГИ НЕСТАБИЛЬНОСТИ'Исламский фактор оказывает глубокое влияние на положение в прикаспийском регионе. Запад давно и заинтересованно внедряет в России своего рода 'исламский жупел', разжигая бессмысленную исламофобию по ассоциативной цепи: ислам фундаментализм фанатизм террор. Но, во-первых, подобная пропаганда в поликонфессиональной России с ее 20-миллионным мусульманским населением подрывает государственность, во-вторых, сам 'мир ислама' далеко не так однозначен и един. Борьба за региональное лидерство извечный лейтмотив отношений Ирана и Турции (персов и тюрок). Попытки включиться в этот процесс Саудовской Аравии еще более усложняют ситуацию, Остается нереализованным экономический и политический потенциал Ирака. Национально-освободительные и сепаратистские движения курдов. палестинцев, афганских узбеков и таджиков и пр. ставят под сомнение стабильность границ большинства стран Ближнего и Среднего Востока,
В отношении нефтяной политики также присутствуют различные целевые установки Иран и Ирак за счет улучшения отношений с Россией и рядом западноевропейских стран стремятся преодолеть международную блокаду. Турция покровительствует 'новообразованным' исламским государствам в надежде 'сплотить всех тюрок под эгидой Анкары' и попутно взять под контроль их ресурсный потенциал. Азербайджан, Казахстан и Туркменистан пытаются создать подлинную государственность и избежать социально-политического банкротства. Причем потенциально большинство перечисленных стран, благодаря все той же нефти, - конкуренты, выходящие на мировой рынок с идентичным продуктом.
В начале XX века американский политик и ученый Д. Шлезингер предрекал, что для успешной эксплуатации нефтяных полей Прикаспия необходимы 'мир между татарами и нефтепровод к Черному морю'. Эти слова актуальны и сегодня. Деньги любят тишину, нефть любит стабильность. Как раз таки этого и нет вокруг Каспия. Поражение в Чечне существенно ослабило позиции России в ключевом вопросе - безопасности и надежности транспортировки углеводородов через российскую территорию. Чечня оказала ожесточенное сопротивление, а также целенаправленными террористическими ударами по 'трубопроводным' Буденновску и Кизляру сепаратисты указали, что уязвим весь Северный Кавказ. Чеченские лидеры, взросшие на нефтедолларах, прекрасно понимая выгоды возможного 'совладения' российским нефтепроводом, заблаговременно отказались от уничтожения оборудования ТЭКа республики. В августе 1996 г. последовал приказ об отмене всяких диверсий на трассе и объектах нефтегазовой инфраструктуры.
Сам по себе топливно-энергетический комплекс Чечни не имеет большого значения. Общие запасы нефти в республике составляют не более 100 млн. т (правда, чеченская нефть одна из лучших в СНГ и пригодна для производства авиационных масел).
Главное значение Чечни - территория транзита, располагающая рабочей 'трубой' и нефтеперерабатывающими мощностями. В декабре 1996 г. чеченцы предъявили АМОК требование доли в консорциуме, пообещав, что в случае отказа никто не гарантирует работы трубопровода Баку-Грозный-Новороссийск. До победы Масхадова 'яндарбиевско-стамбульский' МИД ЧР заявил, что 'в будущем году Чечня приступит к реализации проекта Транскавказской системы нефтепроводов'. Сейчас ситуация изменилась, но еще далека от полной ясности. Пока понятно только то, что, подписав в сентябре 1997 г. соглашение о транзите ранней азербайджанской нефти через Чечню (147 км нефтепровода проходят по чеченской территории), Россия сама сделала себя заложницей сепаратистов, не способных ни на какие ответственные действия и компромиссы.
Заключение договоренностей между Российской Федерацией и Чеченской Республикой о транспортировке каспийской нефти Азербайджана через Грозный ставит Москву перед рядом крайне серьезных проблем. Во-первых, это уязвимость потенциальных транспортных коммуникаций экспорта энергоносителей Каспия (и российских, и стран СНГ) перед возможными террористическими актами 'неконтролируемых' или 'кем-то контролируемых' банд формирований. Во-вторых, нет никаких гарантий того, что чеченская сторона будет придерживаться ранее достигнутых с Москвой договоренностей. Трубопровод через Чечню выгоден только Чечне, но никак не России. Для последней это еще один пункт уязвимости в диалоге с 'мятежной провинцией'. В-третьих, Россия не имеет абсолютно никаких оснований рассчитывать на то, что влияющая на большую часть сегодняшней чеченской правящей элиты (3. Яндарбиев и др.) Турция или стоящие за ее спиной США не перекупят каких-то 'полевых командиров' или правительственных чиновников 'суверенной Чечни'. По некоторым данным, чеченцы в обмен на турецкую поддержку в 1995-1996 гг. обещали Анкаре сделать все, чтобы азербайджанская нефть пошла не в Новороссийск, а в Джейхан.Если США и Турции благодаря воинственности чеченцев удалось ослабить позиции России, то наличие непризнанных государств в Абхазии и Южной Осетии потенциально ослабляют перспективы транскавказского нефтепровода. Хотя непосредственно сама трасса проходит по небольшому участку абхазской территории, возможности партизанской войны в Грузии неограничены, а инфраструктура для нее давно создана.
Баку изо всех сил стремится взять реванш за проигранную войну и вернуть Нагорный Карабах. Этому служат и азербайджанские нефтяные 'суперпроекты', призванные оказать давление на Ереван через западные политические и экономические структуры и нейтрализовать армянское лобби в Вашингтоне и Париже. Само решение вопроса 'турецкой трубы' без Армении невозможно: кратчайшую по расстоянию сухопутную ветку из Азербайджана в Турцию нельзя протянуть в обход территории Армении или Ирана. Руководство НКАО уже не раз заявляло, что ни под каким видом не допустит постановки интересов карабахцев в зависимость от каких-либо трубопроводов и не уступит контроль над коридором, связывающим его с Арменией. Ереван же, по заявлениям его высших должностных лиц, также высказался весьма ясно: 'На позицию Армении вопрос прокладки нефтепровода не влияет. Не для того была обеспечена безопасность Нагорного Карабаха, чтобы исходя из второстепенного фактора рисковать ею'. Отставка 'умеренного' президента Армении Левона Тер-Петросяна и избрание Роберта Кочаряна, имеющего самое прямое и непосредственное отношение к НКАО, подтверждает означенную тенденцию. К тому же российско-армянские договоренности о стратегическом союзе, создание на территории Армении военных баз РФ оказали очень большое и болезненное воздействие на Баку.Следует помнить и о том, что восток Турции также весьма далек от стабильности. Здесь могут быть задействованы боевики армянской 'Секретной армии освобождения Армении' (АСАЛА) и курдские повстанцы. Широкомасштабная многомесячная операция 'Заря', которую с весны 1995 г. с применением авиации, бронетехники и десятков тысяч военнослужащих осуществляет Турция на севере Ирака против курдов, прежде всего была направлена на то, чтобы продемонстрировать способность контролировать территорию, по которой может пройти нефтепровод. Именно с целью 'окончательного решения курдской проблемы' ряд заинтересованных стран США, Турция, Англия - на всем протяжении 1996 г. активно лоббировали в ООН проект, предусматривающий выделение Иракского Курдистана в особую подмандатную ООН зону, где первую скрипку в реальном управлении должны были играть все те же США. Именно отсутствием энтузиазма со стороны ООН в осуществлении этого плана во многом и объясняется настойчивое желание Госдепа сместить Бутроса Гали. 'Курдская карта' для серьезно растерявшей союзников России становится одним из действенных и эффективных рычагов воздействия на турецкие нефтяные амбиции. То же самое относится к Абхазии и Южной Осетии (применительно к Тбилиси), Армении, Нагорному Карабаху и лезгинам (в отношении Баку).
ВЫВОДЫ
Ставки в 'каспийской схватке' слишком высоки. Тенденция формирования двух противостоящих друг другу блоков: Россия-Иран-Армения и, возможно, Туркмения против США-Турция-Азербайджан-Грузия и все более склоняющийся к ним Казахстан. ННГ оказываются в патовой ситуации. Есть углеводороды, но непонятно сколько. Есть 'второй Персидский залив', но некуда 'выплыть'. Есть неограниченные возможности, но неоткуда взять финансы.
Россия не может оставаться сторонним наблюдателем в процессе передела энергоресурсов СНГ (тем более что разведаны они были геологами из Москвы и Минска) в интересах США (и шире - Запада).Россия переживает один из тяжелейших моментов своей истории. Политическая динамика последних лет свидетельствует о снижении роли нашей страны не только в глобальных мировых процессах, но и в региональных, касающихся ближайших соседей РФ по СНГ, Запад хочет оттеснить Россию на обочину цивилизации при переделе ресурсов постсоветских государств и политического влияния на них. Из-за политической, экономической и военной слабости мы пока не можем адекватно реагировать на бросаемые. Тем не менее у нашей страны есть еще силы и средства для защиты неотъемлемого права на существование в XXI веке.
НЕОБХОДИМО:
По путям выхода энергоносителей региона на мировой рынок: а) необходимо форсировать введение в строй магистрального трубопровода Тенгиз-Новороссийск, только в этом случае альтернативные пути выходов ранней нефти Каспия не смогут оказать серьезного влияния на политические и экономические интересы России и станут просто некоей 'страшилкой'; б) следует взять ясный и недвусмысленный курс на активизацию строительства трубопровода, минующего территорию Чечни (его стоимость составит около 150-220 млн. долл.). Если сепаратисты будут устраивать теракты на 'трубе', следует отвечать 'акциями возмездия' - массированными авиаударами по Грозному и базам боевиков. США (против Ирака), Израиль (против ХАМАС) и другие уже давно применяют подобную тактику к людям, не понимающим другого языка; в) азербайджано-казахстано-турецкие проекты выхода каспийских энергоносителей на мировой рынок абсолютно неприемлемы для РФ, представляют прямую угрозу российским интересам, а потому вполне оправданным будет применение всех возможных средств для снятия с повестки дня турецкого маршрута трубопровода (политико-экономическое давление на соседей, дипломатическая борьба, активизация информационно-психологического влияния на этнических россиян за границами России, поддержка национально-освободительных движений в Закавказье и на Ближнем Востоке, закрытие движения по Волго-Донской водной системе и пр.); г) не следует забывать, что между некоторыми западными участниками КТК существуют застарелые и неотменяемые антагонизмы, представляющие РФ самое широкое поле для маневра.
По внешнеполитической проблематике: а) требуется активизировать роль России в основных мировых проблемах и конфликтах. Выступая в роли миротворца, посредника, третейского судьи, поднимать рейтинг, налаживать связи. Формировать лоббистские структуры и т.п., для чего также необходима выработка единой стратегии российских властных структур крупнейшего бизнеса страны; б) проводить более наступательную политику в международных организациях, прежде всего ООН, стараться задействовать оставшийся потенциал влияния в ближнем и дальнем зарубежье. В этом плане не лишним представляется поддержка всех пророссийски настроенных лиц, движений и групп населения в СНГ, а также 'врагов наших врагов' на Ближнем и Среднем Востоке, в Южной Азии; в) противопоставить блоковой системе Запада, создаваемой против России, политику поиска потенциальных союзников в ключевых регионах мира и укрепление разумно дифференцированных союзнических отношений с региональными сверхдержавами - Ираном, Индией, Ираком и Китаем, что будет не только адекватным ответом на вызов НАТО, но и сведет на нет проект антироссийской 'Южной оси'; г) в конце концов сделать реальные шаги по пути перевода интегристских усилий в рамках СНГ в область государственного строительства (в первую очередь по отношению к Белоруссии). Только в этом случае у РФ появляются гарантии сохранения влияния в регионах ее национальных интересов. Необходимо активизировать процессы сближения с Казахстаном, Туркменией, Киргизией, Арменией, даже если сначала это будет связано с экономическими издержками.
По геостратегическим аспектам национальной безопасности России: а) путем целенаправленной идеологической кампании через СМИ сформировать отвечающее действительности представление 'предела', отступление дальше которого гибельно для целостности государства. Понимание этого должно прийти не только к политической элите, но и к самым широким слоям российского общества. Наметившийся геополитический разлом на южных рубежах России заслуживает большего внимания, чем обозначившийся 'Дранг нах Остен' с Запада: б) разработать как концептуальную, так и прикладную, практическую систему адекватных мер противодействия различным вариантам появления угроз и степеней риска 'с Юга'. Это задача прежде всего Совета безопасности РФ, МО. ФСБ, МВД и других структур, призванных по самой своей сути блюсти коренные интересы государства: в) выработать особую концепцию 'южной политики' в общей доктрине Национальной безопасности РФ. Суть ее - идея 'активизированного присутствия' в регионе (сообразно возможностям воздействия и желаемым результатам), применительно к каждой стране, свои стратегия и тактика. В рамках этой концепции следует определить, какие государства (как легитимизированные, так и самопровозглашенные) Кавказа, Средней Азии, Балкан и .Ближнего Востока могли бы стать противовесом антироссийским импульсам.Проведенный анализ показывает, что обе противостоящие в каспийских делах стороны - Россия и США - имеют сильные геополитические козыри. Дело в том, как их разыграть. Это уже вопрос политической воли и решимости отстаивать национальные интересы страны. Пока в этом плане Соединенные Штаты дают нам пример 'национального эгоизма'. Обновленной России неплохо было бы перенять ту напористость (а часто и 'нечистоплотность'), с которой эта сверхдержава заботится о своем будущем.
