Начну с воспоминаний. 1967 год. После премьеры в популярном пражском театре 'На забрадли' подошел ко мне, начинающему собкору 'Труда', близкий в те годы к профсоюзам писатель Ян Дрда и, показав на какого-то малоприметного парня в белом свитере, сказал:
Запомни его, это Вашек Гавел. Пройдет немного лет, и он станет или самым известным драматургом, или самым выдающимся диссидентом, или самым крупным политиком в будущей Чехословакии.
Ян Дрда почти угадал. Самым известным драматургом Вацлав Гавел не стал. И помешало этому, скорее всего, то, что стал он после августа 1968 года одним из самых крупных диссидентов, а после падения коммунистической власти в ЧСФР в 1989 году сначала президентом Чехословакии, а после ее распада - президентом Чехии. Где уж тут найти время, чтобы писать пьесы?
Нынешний год для Вацлава Гавела выдался нелегким. Сначала надо было разрешить разразившийся в Чехии правительственный кризис. Потом пройти (успешно! ) очередные президентские выборы. И как только возникла возможность уехать на пару недель на отдых в Альпы очередная беда. На этот раз прободение кишечника. Три с половиной часа тянулась операция в клинике в Инсбруке. Наконец, врачи смогли заявить, что она оказалась успешной. Тем не менее через шесть недель предстоит ее повторить.
Больничная койка не новость для чешского президента. С осени 1989 года, ему по крайней мере, десять раз приходилось менять домашний уют на жесткие больничные правила. Но нынешний случай особый. Впереди досрочные парламентские выборы, которые во многом определят и дальнейшее развитие Чехии, и ее место в Европе. В такое время президенту болеть не полагается.